Библиотека ДОННАСА представляет литературный календарь:

205 лет со дня рождения французского поэта Шарля Бодлера

«Поэт греха, любви и смерти…»

Я — нож, проливший кровь, и рана,

Удар в лицо и боль щеки,

Орудье пытки, тел куски:

Я – жертвы стон и смех тирана!

Отвергнут всеми навсегда,

Я стал души своей вампиром,

Всегда смеясь над целым миром,

Не улыбаясь никогда

Шарль Пьер Бодлер

9 апреля 2026 года исполняется 205 лет со дня рождения французского поэта, критика, эссеиста, переводчика, классика французской и мировой литературы Шарля Бодлера. При жизни — недолгой, как у всех истинных поэтов, — его мучили нищета, скандалы и тяжелая, позорная, неизлечимая тогда болезнь. Его главная поэтическая книга была под частичным запретом на родине почти столетие, но влияние Бодлера на поэзию — французскую и мировую — оказалось и остается огромным. Еще при жизни Шарля Бодлера о нем ходили легенды, его называли «антихристом поэзии». Критики склонялись к тому, что его творчество сатанинское по своей природе. Поэт отказался от романтических идеалов красоты и добра, обратившись к тёмным сторонам человеческой души, к эстетике безобразного, декадентского и запретного. Его работы затрагивают темы красоты, греха, страдания и поиска гармонии, что делает его одним из ключевых поэтов эпохи и предтечей символизма.

Шарль Пьер Бодлер родился в Париже в семье богатого землевладельца Франсуа Бодлера. Бодлер — старший увлекался живописью и водил сына по музеям и галереям, брал с собой в мастерскую. Именно отец привил ребенку любовь к искусству и повлиял на развитие тончайшей чувствительной натуры будущего скандального декадента. Шарлю не было шести лет, когда отец, который был на 34 года старше своей жены, умер. Это стало для сына душевной травмой. Вскоре мать вышла замуж за командира батальона, с которым Бодлер, страстно мучившийся ревностью к матери, не нашел общего языка.

Студенческие годы поэта были буйными, он окунулся в водоворот разгульной жизни, утопая в алкоголе и объятиях распутных женщин. Бодлер наделал долгов, пристрастился к наркотикам и заразился сифилисом, который через 25 лет станет причиной его смерти. В 1841 году Шарль с большими усилиями всё-таки закончил обучение, наотрез отказался от административной карьеры и не хотел обучаться никакой профессии. «Быть полезным человеком всегда казалось мне ужасной гадостью».

Отчим оплатил его долги и отправил в Индию, надеясь, что путешествие вернёт Шарлю холодный рассудок. Но уже через несколько месяцев, так и не доплыв до места назначения, Бодлер вернулся на родину, вдохновленный красотами Востока и мечтающий запечатлеть свои воспоминания о путешествии на бумаге.

Он жил на содержании семьи, а, когда получил наследство, стал бешено его проматывать и обрёл в богемных кругах репутацию транжиры. Бодлер одевался как денди. Красил волосы, они у него были длинные, как у женщины. Любил носить розовые перчатки. Обувь сверкала. Прогулки по Парижу превращались в вызов обществу.  В это же время Бодлер познакомился с балериной Жанной Дюваль, креолкой с Гаити, пылкая любовная связь с которой, не покинет его до самой смерти. Поэт слепо обожал и боготворил свою музу. По мнению же матери, Дюваль «мучила, его как только могла» и «вытряхивала из него монеты до последней возможности». Семья Бодлера не приняла его пассию, а в череде споров и скандалов Шарль даже пытался наложить на себя руки.

Матери пришлось отсудить наследство себе, в результате чего Бодлер смог получать лишь небольшую ежемесячную сумму на карманные расходы. Это стало для него ударом. Закончилась роскошная жизнь: отныне он был не в состоянии заплатить кредиторам, которые преследовали его до конца жизни. Бодлер пристрастился к опиуму, но преодолев пристрастие написал три больших статьи о своем психоделическом опыте, которые составили сборник «Искусственный рай».

«В один ненастный день, в тоске нечеловечьей,

не вынеся тягот, под скрежет якорей,

мы всходим на Корабль, и происходит встреча

безмерности мечты с предельностью морей…»

(«Плавание» пер. Цветаевой)

Упорен в нас порок, раскаянье — притворно;

За все сторицею себе воздать спеша,

Опять путем греха, смеясь, скользит душа,

Слезами трусости омыв свой путь позорный.

В 1857 году вышел главный труд поэта – сборник «Цветы зла», который принёс Бодлеру всемирную славу и сделал его классиком мировой поэзии. Он стал первым поэтом, выступившим не против общества, а против самого себя, обнажив свои собственные внутренние пороки. Бесстрашно и талантливо Бодлер заявляет в своих стихах, что человек носит в себе зло, оно – в человеческой природе, мир исполнен этого зла. И это причиняет человеку боль. Созданные им образы были откровенно притягательными и в то же время отталкивающими. «Цветы зла» как будто все сотканы из диссонансов и противоречий, из ненависти и любви, из отвращения и сострадания. Читатели и критики встретили сборник с восторгом. Разразился страшный скандал, книгу признали «непристойной», оскорбляющей мораль общества, против Бодлера был затеян судебный процесс. Часть тиража была арестована, шесть стихотворений запрещены. Поэта и издателя приговорили к крупному штрафу. Бодлер еще больше стал ненавидеть общество.

В России сборник известен под названием «Цветы зла». Но этот перевод не совсем точен, во французском языке слово «mal» означает также и «страдание, боль». То есть перед нами – «Цветы боли» (встречается и вариант «Болезненные цветы»). К формированию русской легенды о Бодлере приложил перо и сердце едва ли не каждый из блистательной плеяды крупнейших поэтов того времени: отдельные стихотворения Бодлера переводили И. Анненский, К. Бальмонт, В. Брюсов, Д. Мережковский… Соединившие в себе черты романтиков, русского символизма и декаданса, самые яркие представители Серебряного века русской поэзии, – все они «вышли из» Бодлера.

В 1861 вышло второе издание «Цветов зла», переработанное и расширенное автором. Он писал: «Впервые в жизни я почти доволен. Книга почти хороша, и она останется, эта книга, свидетельством моего отвращения и ненависти ко всему на свете…»

После выхода этого скандального сборника поэт прожил десять лет. Силы его убывали, употребление наркотиков не прошло даром. Психика его расстроилась совершенно. У Бодлера появились признаки паралича и расстройство речи. Он умер 31 августа 1867 года в возрасте 46 лет. Поэт был похоронен в одной могиле с ненавистным отчимом на легендарном парижском кладбище Монпарнас. В многословной эпитафии, выбитой над могилой, сказано так: «Пасынок генерала Жака Опика и сын Каролины Аршанбо-Дефаи. Умер в Париже 31 августа 1867 в возрасте 46 лет». О Бодлере как о поэте — не сказано ни слова. Современники не могли признать, что этот больной «неприличной» болезнью нищий бунтарь, закончивший свои дни в лечебнице для умалишенных, был, прежде всего и превыше всего, именно поэтом. Поэтом, навсегда изменившим сами правила поэзии — не только в родной Франции, но и во всем мире.

Лишь спустя 35 лет на кладбище был установлен монумент в память о бессмертном лирике. Величественная скульптура, изображающая печального демона возвышающегося над завернутым в саван телом поэта, по сей день привлекает поклонников Бодлера, приходящих сюда почтить его память и почитать стихи поэта.

Цитаты Шарля Бодлера

Быть великим человеком и святым ради себя самого — вот единственно важная вещь.

Настоящие художники не обращают внимания на современников. Они выпендриваются перед вечностью.

Нет более приятного удовольствия, чем изумить человека, давая ему больше, чем он рассчитывал.

Всегда интересно увидеть, как отражается радость богача в самой глубине глаз бедняка.

Самая тяжёлая работа та, которую мы не решаемся начать: она становится кошмаром.

Бог — это единственное существо, которому для того, чтобы править, даже не нужно существовать.

Меня всегда удивляло, что женщинам разрешают входить в церковь. О чём они могут говорить с Богом?

Самая изощрённая хитрость дьявола состоит в том, чтобы уверить вас, что его не существует.

Не надо полагать, будто дьявол искушает только гениальных людей. Дураков он, конечно, презирает, но не пренебрегает их помощью. Даже, наоборот, возлагает на них большие надежды.

Если религия исчезнет в мире — она отыщется в сердце атеиста.

Жизнь – больница, где каждый больной одержим желанием перебраться на другую койку Тот хотел бы маяться поближе к печке, а этот полагает, что ему будет легче рядом с окном…

Все соглашаются, что жизнь коротка, но при всей краткости этой жизни в ней почему-то находится страшно много места для скуки.

Гений может разыгрывать комедию на краю могилы.

Материал подготовила библиотекарь 1 категории        И. В. Туковская